Гладиаторские чтения. Продолжение - 2

. . .

 

Василий Никитич Сердюков всю свою сознательную жизнь был холостяком. Проживал он в однокомнатной служебной квартире на "Пороховых". Работал истопником при ЖЭКе, а в свободное время подрабатывал сантехником. Сантехник он был отменный, что неоднозначно отражалось на его знакомствах и образе жизни.

 

Оказавшись на свободе, он первым делом устремился до пивного ларька и охладив нервы, пришёл в себя. Достал из кармана записную книжку, служившую ему ежедневником, и с удивлением узнал, что сегодня он устанавливает унитаз у Владимира Владимировича. Посмотрел на часы и взял ещё одно пиво.

 

Владимир Владимирович служил в “Большом доме” на Литейном. У него был просторный кабинет и стол зелёного сукна. Мельком взглянув на часы, он отложил паркер с золотым пером , машинально достал записную книжку и прочитал последнюю запись “унитаз 19 поМоскве”. Запросив автомобиль, он вышел.

 

Ровно в 19 часов по Москве раздался звонок. Владимир Владимирович открыл дверь и пригласил Василий Никитича в квартиру. Василий был свеж и опрятен. Унитаз был заботливо распакован и стоял в углу прихожей.

 

- Этот… ?

 

-Да, приступайте, пожалуйста.

 

Минут через двадцать, Василий молодцевато доложил:

 

-Присаживайтесь на здоровье.

-Спасибо. Руки можно сполоснуть в ванной.

 

Василий сполоснул руки и посмотрел на себя в зеркало. Нос был слегка припухший.

 

Всё бы наверно так и закончилось, но припухший нос Василия привлёк внимание сотрудника КГБ.

 

-Что случилось, Василий?

 

Василий не сдержался и пересказал в мельчайших подробностях всё, что с ним произошло в течение последних суток.

 

- Значит СССР, говоришь?! Хорошо иди Василий и сделай, так как тебя просили. До скорой встречи.

 

Дверь захлопнулась. Владимир Владимирович поднял телефонную трубку.

 

- Иванов, установить круглосуточное наблюдение за Сердюковым В.Н, местом его работы и проживания, а также столбом напротив зубной на углу Бульвара и Седова. Обо всём докладывать мне лично.

 

Ночью к Василию пришли двое в штатском. Были часа два. В девять утра на зелёном сукне просторного кабинета лежали две папки с личными делами студентов Сумарокова и Короткова.

 

В полупустом вагоне метро ехала девушка и улыбалась. Она училась в ЛИЖТ. Пятый или четвёртый курс. Азартная чёлка, замшевый пиджак. Глаза зелёные. У большинства окружающих она вызывала раздражение. Наверно потому что улыбалась или тем, что была похожа на смешную девчонку – Барбру Стрейзанд. А звали её в переводе с греческого – чайка.

 

-Михель, смотри, - удивлённо сказал Коротков и остановился у столба.

-Ни хуя себе струя. Он что и в правду поверил?

 

На столбе угольком было старательно отчерчено СССР.

 

- Ну и хуй с ним, пойдём, закроется же, - целеустремлённо сказал Коротков и шагнул в сторону.

 

Михель постоял с минуту и устремился за ним. Догнав своего приятеля, он как-то виновато сказал:

 

- Не этично как-то может получиться, человек нам поверил, а мы… слышь, Коротков.

- Ну не знаю, может и не этично… только давай сначала “Сабониса” возьмём.

- Давай.

 

Они взяли двух и с чувством вины направились в ЖЭК, узнать где найти истопника Сердюкова.

 

Там их послали в кочегарку за углом.

 

Василий на работе был педант и аккуратист. Курить он выходил на улицу, там бросать бычки под ноги ему было не зазорно. Труд дворников тоже почётен. Ровно в одиннадцать по радио началась производственная гимнастика, и Василий бодро вышел на перекур.

 

Облокотившись на водосточную трубу, он сладострастно затянулся. К нему подошла девушка и спросила:

 

- Как пройти в ЖЭК?

 - Прямо за углом.

 - Спасибо.

 

Василий ничего не ответил, а только подумал – смешная девчонка. И вернулся на рабочее место.

 

До рокового столкновения оставались, какие то секунды.

 

Они столкнулись аккурат на углу и посмотрели друг на друга, как будто не виделись, целую вечность.

 

- Михель…

 - Лара…

 

Коротков на минуту смутился, а потом процедил сквозь зубы:

 

- Нам пора, Сумароков.

 

Михель и Лара слегка смутились. Она в спешке сказала несколько цифр. Он, что-то пробормотал в ответ. И они разошлись.

 

В 19 часов по Москве в просторном кабинете на зелёном сукне появился рапорт от сотрудников наружного наблюдения.

 

После прочтения Владимир Владимирович хладнокровно произнёс лишь одну фразу:

 

- На ловца и зверь бежит.

. . .

(Антон Чигур)

 

Зрители могут выражать своё отношение этими знаками а также "+1" или "-1".