Рождественский Вавилон. Внеконкурсное № 21
Леха, 28 Россия, Санкт-Петербург
Монолог МаГбета
Макдауэлл сбежал
И я остался сам с собою.
Возьми меня за руку не дрожи.
Мы раньше бредили одной любовью,
Но это были только миражи.
Повелевать мне ведьмы указали,
Вот то что ты не поняла.
Повелевать до самого до края
Меняя времена и имена.
Так, преступив однажды пару трупов
Всем остальным уже не счет ведешь,
А так...
О дай мне руку,
Мы слизь реченная - есть ложь.
Но мысль настолько же коварна,
Смотри, кровавая, разорваная рана,
Кинжал - торчащий из груди Дункана
Блестит, как вифлеемская звезда.
И все что мне тогда наобещала
Та ведьма - я ковдорский тан!
Макдауэлл сбежал,
А это значит - он убийца.
А мы не станем прятать лица,
Мы выйдем и народу скажем,
Кто истинный преступник.
Тот кто остался иль сбежал,
Как будто признавая всю вину в кредит.
А в доказательство - кинжал
О леди, он блестит, как тысячи алмазов!
Как ваши бирюзовые глаза
Одним ударом, без сомнений, разом!
Вы помните мои слова?
Теперь мы на вершине ваших снов!
Что с вами?
Вас тревожат трупы?
- Они молчат
И нет той силы,
Способной их разговорить.
Им путь один - в глубокие могилы,
а нам жить на вершинах гор,
Где лишь один закон - желание двоих.
Поэту не оставит воли
Закончить этот окаянный стих.
Но я договорю.
Мне автор не помеха,
Но сколько воплей -
Пусть всё уберут служанки
И побольше крика, Леди.
А лучше позовите слуг.