архив

Кто не знает - текст был написан для конкурса у Глади. требовалось написать продолжение одного из рассказов авторов, не прошедших в третий тур. я выбрала крео №6 про зайца Эмеле Фи, потому что пра зайца)) Ну, я не особо выбирала, просто там в основном такие темы были глобальные, а мна я в последний момент писала - сроку дали вроде как двое суток, но в переводе на хабаровское время - две ночи и 1 ахуенно загруженный у меня день.

так что я накнопала в ночи что смогла, придумывая сюжет на ходу и не озадачиваясь деталями, лишь бы успеть))

Потом правда, в комментах, ко мне пришли объяснения многих подробностей этой душераздрирающей истории - так же в режиме он-лайн))

И я подумываю, чтобы озадачиться их копированием сюда, ну, себе на память в первую очередь.

И вот что важно. В тексте необходимо было ввести несколько популярных мамбо-словечек, предварительно упомянув их в эпиграфе. у меня таких словечек оказалось где-то 9, и на их основе я составила еще более делирийный стешок)) еще одно требование - соответствие стилю афтора. Ну, мне тогда в ночи было не до стиля Эмеле, сабжу бы вкратце освоить, поэтому я написала в характерном для моих конкурсных потуг "маруся-стайле", правда кое-где для приличия ввернула несколько слегка видоизмененных фраз и определений из первоисточника.

От такое делирийное гонево получилось))

Вощим, не судите строго, просто я чищу компьютер, а то что жалко выкидывать насовсем, копирую в мамбу.

 

 

***

 

  Да, номер шесть меня пленил.

Там заяц был, ушаст и кос.

Недоебит не излечил.

И не сподвиг на ебловоз.

 

Реалки приглушу гудок,

Напостить котегов решив.

Но вдумчивый минет не впрок,

Когда махня едва висит.

 

Пусть тупорезки правят бал,

Одолевает нищееб,

Но пососяки идеал

Нам показать лишь Лис бы смог.

 

Советуешь ебаться сексом?

Клонье, это твои проекции.

 

 

 

**

Маленький Косой Заяц плакал.

 

Маленький, косой, вислоухий, с хроническим недоебитом и подозрительно опущенной махней, Заяц то отчаянно завывал, спрятавшись под забытой пьяным Охотником ебловозкой, то теребил в самоутешение свою пососяку, притихнув на время при виде очередного блуждающего в лесу в поисках одинокой тупорезки-грибницы нищееба.

 

А плакать ему было о чем.

 

Вчера Заяц похоронил Лиса. Конечно, они не были друзьями. Тем более, никогда им не приходилось ебаться сексом или делать друг другу вдумчивый минет. Более того, на протяжении всего их недолгого и – что уж теперь скрывать – весьма недружелюбного знакомства, Заяц предпочел бы любое наказание - да вот хоть сотоварищи постить из себя котегов на новогодней сходке у пахана Медведя,  оттягивая хвост и прижимая уши для большего сходства, чем еще раз пережить реалку наедине с голодным Лисом. Однако какое-то ощущение недосказанности томило Зайца.

 

 Со смутной ностальгией он вспоминал их гонки с препятствиями по дремучему лесу от косоглазого охотника, который своим недугом и логично вытекающим из оного пристрастием к множественным выстрелам успевал нехило затарить на зиму шишками всех окрестных белочек, кои белочки, бывало, выручали и Зайца, и даже, сами того не желая, Лиса в особенно голодные зимы – вот такие, как сейчас.

 

Кто-то теперь поделится с ним орешками? Прежде Заяц мог рассчитывать на запасливых белок, в качестве алаверды отвлекая Лиса во время его беличьих охот на себя. А теперь – нужен он им, как мертвому Лису заячья пятка…

 

Маленький Косой Заяц разгреб заветный сугроб, и, печально вздохнув, отодвинул наломанные братьями-зайцами для очередного новогоднего измывательства у Медведя еловые ветки. Под смерзшимися ветками Заяц наконец нащупал кое-что действительно пушистое.

 

Он тщательно прикрепил к своим хрупким плечикам  два куриных крыла, брошенных Лисом после очередного набега на курятник за ненадобностью, и принялся исполнять над еще не совсем заметенной густым декабрьским снегом могилкой ритуальный танец.

 

Братья-зайцы опасливо выглядывали из-за припорошенных кустиков и недоумевали. Один из них даже припер забытое Охотником в той же ебловозке ружье, чтобы в случае необходимости избавить Маленького Косого братца от мук сумасшествия одним – или десятком-другим –  Охотник любил пострелять, потому и заряжал ружье по полной – метким выстрелом.

 

«Клонье, - беззлобно, почти бесшумно огрызался Заяц, продолжая свою мистическую пляску. Не сбавляя темпа, он топал задними лапами, тряс передними и хлопал крыльями. – Ну, нахуй, - продолжал бормотать Заяц, - Это все ваши проекции».

 

…Уже   и луна осветила небосклон, и звезды засверкали алмазами, и поляна давно опустела, а Заяц все скакал и скакал.

 

Невдалеке над ним, троясь в предрассветном мареве, кружили обездоленные куры…