Крео №6

И пока в городах и весях нашей родины и ее окрестностей бесстыдно трясет сарафанами и шортами долгожданное лето, отпускники пакуют бикини и солнцезащитные крэмы, дачники бьются за урожай, абитура штурмует вузы, школьники томятся в лагерях, а в моей деревне Гадюкино опять дожди (с) и мистически совпавшие  с нашим ЖПУ инет-траблы, мы продолжаем наш прекраснейший и все более удивительный мамбо-литературный конкурс самых обхокканных креосов и доброжелательных комментаторов.

 

Вчера я окончательно запуталась, вопреки переезду на московскую полянку, в часовых поясах и днях недели, и досрочно, с опережением на сутки, объявила о закрытии приема конкурсных крео. Что, впрочем, заставило, наконец, наших креативных почти-опозданцев сдать свои гениальные работы, и это не может не радовать. Хвала им всем, кроме Дримки - но она вчера официально получила статус звезды от уже признанной звезды Скаски, поэтому вне обвинений, к тому же объявленная ранее полночь вторника хоть и неумолимо близится, но еще не наступила. Тем более, что Дримка у нас еще и спонсор, а этим можно ваще все, вот такая я меркантильное сцучко, в ваших же, дорогие конкурсанты, интересах.

 

И еще одна радостная новость подогрела солнечную атмосферу нашего конкурса  до оптимальной температуры шоколадного загара и играющих на свету золотом капель чистейшей воды средиземноморского бассейна. У нас появился еще один официальный спонсор - Кларисса - которая учредила свой специальный приз "За краткость и изящество". И хотя уже поздно советовать аворам писать короче и читабельней (как я поняла условия для получения этой награды), все же надеюсь что золотой хуй (хотя их вроде сняли с продажи) и выпь на 30 дней от Клариссы кого-то из вас таки настигнут.

 

А то, о чем самонадеянно нафлудили в коментах прошлой ночью Скаска и Кипяткова, остается на их совести, впрочем, если они не передумали, то могут прислать официальную заявку на спонсорство в личку или прям сюда, и мы посвятим им очередную подводку к следующему конкурсному крео.

 

А вот и оно, долгожданное крео №6, наконец-таки пра еблю, да еще и не только между жывыми людяме.

 

 

БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК

 

эротическая трагикомедия

 

 

 

Дабы унять томленье тела

Не лезь в кровать…

Однообразно там

 

- После работы поедем забирать маму, - сказал он в телефон и отключил связь.

 

Его мама каждое лето ездила в деревню. Это называлось «на заготовку овощей».  Месяц или даже пару, она вилась коршуном над своим супружником, чтобы он сеял, пахал и строил… Она в это время варила жрать, стирала, иногда полола и проклинала пьющее мужичьё. По окончании процесса превращения «пьяной скотины» в человека с урожаем, маму с овощами и супружником надо было вывезти из деревни. Весь скарб вполне помещался в легковую машину, поэтому мы и решили провести этот вечер вдвоём, а ночь в компании с мамой и иже с нею.

 

 

Выехали мы часов в шесть вечера. Надо сказать, что погоды в том августе стояли знатные – тепло, солнечно, а ночами – звёздное небо. В общем, буквально всё шептало о романтике…  Естественно и мы, два осла, поддавшись этой атмосфере, километров за 12 до деревни свернули в лесок, дабы потерзать тела. Поскольку в лесу вовсю орудовали комары, разврату мы предавались прямо в машине…

 

 

По окончании праздника романтики пришла суровая действительность – в ожидании томится мама. Натянув штаны, мы засобирались. Но не тут то было! Лес не желал нас отпускать. Машина загрузла и отказывалась выезжать на грунтовку. С криком: «Ты не умеешь ездить! Дай я!» - он вытрусил меня из машины, пару раз газанул, поерзал и окончательно увяз. При этом увяз он не просто так – машина стояла, уткнувшись носом в дерево. Я, как жена декабриста, металась по команде между деревьев в поисках толстых веток, которые надо было сунуть под задние колеса. Я их таки нашла, как оказалось позже,  на свою голову – ветки были из не получившегося костра, чего я впопыхах не заметила. Поэтому выглядела я очень нарядно, как спецназовец – на лице и белых штанах были тёмные разводы. Но разве это занимало мою голову тогда?  Машина не ехала, на улице начинало смеркаться и в довершении ко всему – спустило заднее колесо.

 

 

Нервно перекурив, мы решили пешком спуститься к дороге и найти какого-нибудь сострадальца, который нас вытащит. Сказано – сделано. Через пять минут мы стояли на абсолютно пустой трассе. Машин не было. Когда я почувствовала, что изнутри подкатывает нервный смех, вдалеке замаячили фары. «Если не будет останавливаться, лягу на дорогу» - подумала я и бросилась размахивать руками. На наше счастье, машина остановилась. Всё-таки жажда наживы творит чудеса – человек, едущий на Москвиче 412, который весит как велосипед, согласился выдернуть Мерседес, весящий раза в два больше. Кроме того, на Москвич было страшно смотреть, не то что ездить на нем – машина явно повидала на своём веку.

 

 

Человека звали Лёха и он был полон радостных надежд. Его лицо излучало скрытое предвкушение счастья… Практически как и у нас перед заездом в лес.

Лёха залихватски  ворвался в царство деревьев, прикрутил трос к машинам, дернул… и заглох. Борьба моторов продолжалась минут сорок – Лёха газовал, глох и сползал с грунтовки. Борьба закончилась плачевно – он окончательно заглох и пробил, не поверите, заднее колесо. Смачно выругавшись, наш спаситель достал домкрат и начал пихать его под машину. Домкрат был против насилия и не лез.  В это время я выполняла танец лесной феи, которая светит двумя телефонами и ветками отгоняет комаров от всех. Когда Лёха признался, что домкрат из-под ГАЗели, муж молча подошел к Москвичу и поднял его над землей. Колесо поменяли, но машина отказывалась заводиться. Тогда мы, громко улюлюкая, откатили её назад, на горку, чтобы Лёха мог скатиться вниз  и развернуться.. И чем черт не шутит – завестись. Но нет. Он не завелся, и встрял точно так же как и мы, мордой в дерево.

 

 

Путем титанических усилий и демонстрации чудес невероятной растяжки, ибо одна Лёхина рука была в моторе, а вторая что-то крутила в салоне, машина завелась. От радости орали все – я, муж, Лёха и все насекомые этого гребаного леса.

 

 

Грязные, но счастливые мы поехали с Лёхой в ближайшее село. Отпускать его одного мы побоялись – он мог просто не вернуться. По пути Лёху посетила гениальная идея:

- Здесь, недалеко, живет мой тестюха. У него есть трактор. Правда мы не виделись с ним лет семь…

- Высокие отношения с тестем, - подумалось мне тогда.

 

 

На самом деле, на местном наречии тестюха – это тезка.

Времени уже было не то чтобы совсем поздно, но по деревенским меркам – таки да. Лёха точно не помнил, где живет тестюха и поэтому в паре дворов нас беззлобно послали на хуй. Наконец-то мы добрались куда надо. Второй Лёха встретил нас радостно. И даже готов был помочь. Но в его тракторе были спущены все четыре колеса. Этот второй, тот что Алексей, оказался интеллигентным человеком – работал санитаром в местном дурдоме. Потерев голову, он вспомнил о друге, который был бригадиром тракторной бригады. Ситуацию отягощало одно - бригадир был на блядках, и мужчины пошли его искать.

 

 

Я сидела на лавочке возле двора санитара, курила и смотрела на звезды… Вот уж действительно, жизнь удивительная штука – хочешь по-настоящему потрахаться – заедь в лес…

 

 

Где-то через час вся компания была с трактором в лесу. Пока мы шли по лесу, муж с удовольствием рассказывал, что Алексей на него теперь смотрит заинтересованным профессиональным взглядом. Не мог понять человек, зачем мужу с женой переться в лес за утехами, когда им ни от кого скрываться не надо и так.

 

 

На месте тракторист прицепил трос к машине и крикнул:

 

-Лёха, когда я её сдерну, беги отцепляй трос, а то у меня тормоза не работают…

 

- Пиздец! – подумалось мне.

 Я начала судорожно шарить глазами в поисках какой-нибудь ямы. Мне уже казалось, что этот лес либо никогда не отпустит нас, либо прибьёт к чертовой матери колесами бешеного трактора без тормозов.

 

 

Машину благополучно выдернули, спустили к трассе и поменяли пробитое колесо. Тракторист попрощался и выехал на дорогу. В этот момент в тракторе отказала вся электрика и он грустно заглох, уныло потушив фары.

Бермудский треугольник, мать его! – ни дать, ни взять.